КАК БЕЗРАЗДЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ БОЛЬШИНСТВА ОТРАЖАЕТСЯ НА АМЕРИКАНСКОМ НАЦИОНАЛЬНОМ ХАРАКТЕРЕ. О ПРИДВОРНОМ ДУХЕ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ

В настоящее время последствия безраздельной власти большинства больше сказываются на нравах,

чем на управлении обществом. — Она мешает появлению великих, людей. — В демократических республиках, организованных наподобие Соединенных Штатов, придворный дух распространяется

среди значительного числа граждан.

— Доказательства существования придворного духа в Соединенных Штатах. — Почему патриотические чувства более глубоки в народе, чем в людях,

управляющих страной от его имени.

Тираническая власть большинства пока еще слабо отражается на политической жизни общества, но ее досадные последствия заметны в американском национальном характере. Думаю, что незначительное число крупных деятелей на политической арене современных Соединенных Штатов объясняется прежде всего постоянно растущим деспотизмом большинства.

Когда в Америке разразилась революция, там появилось множество крупных политиков. В то время общественное мнение направляло волю людей, но не подавляло ее. Прославленные люди той эпохи, свободно присоединявшиеся к тому или иному духовному течению, обладали собственным величием, и это величие не было ими заимствовано у народа, напротив, через них оно распространялось на народ.

В государствах с абсолютной монархией вельможи, окружающие трон, потакают страстям своего повелителя и охотно уступают его капризам. Но народные массы не раболепствуют. Они подчиняются абсолютной власти из слабости, по привычке или по невежеству, а иногда из любви к королевству или королю. В истории существовали народы, которые испытывали удовольствие и гордость, подчиняя свою волю воле монарха, и, таким образом, вносили в подчинение своеобразную духовную независимость. Такие народы переживают несчастья, но они не подвержены разложению. Ведь делать что-либо, не одобряя этого, далеко не то же самое, что притворно одобрять то, что делаешь. Первое свидетельствует о слабости человека, а второе — о лакейских привычках.

В свободных странах, где каждый так или иначе может высказать свое мнение о государственных делах, в демократических республиках, где общественная жизнь постоянно пересекается с частной, где народ, верховный владыка, внушает всем обожание, где для того, чтобы быть услышанным, достаточно просто заговорить, находится немало людей, спекулирующих на слабостях народа и стремящихся нажиться за счет его страстей. В абсолютных монархиях таких людей значительно меньше. Дело не в том, что в демократических странах люди хуже по природе, чем в других местах, но они подвергаются более сильному и одновременно более массовому искушению, и это приводит к общему падению душевных качеств.

В демократических республиках придворный дух получает широкое распространение, он проникает во все классы общества. Это главное, в чем их можно упрекнуть.

Особенно ярко это видно в демократических государствах, имеющих такую же структуру, как американские республики, где большинство властвует так безраздельно и непреодолимо, что для того, чтобы отклониться от намеченного им пути, нужно в каком-то смысле отказаться от прав гражданина и человека.

Среди множества людей, которые в Соединенных Штатах занимаются политической деятельностью, совсем немногие отличаются мужественной искренностью и независимостью мышления, столь свойственной американцам прошлых времен и представляющей повсюду основную черту людей с сильным характером. На первый взгляд может показаться, что в интеллектуальном воспитании американцев нет никаких различий, настолько одинаково они мыслят. Правда, иногда иностранец может встретить в Америке

201

людей, убеждения которых не совпадают в точности с общепринятыми. Они, случается, оплакивают изъяны законов, непостоянство демократии, свойственный ей низкий уровень просвещения. Они даже нередко замечают недостатки, оказывающие отрицательное воздействие на национальный характер, и указывают средства их исправления. Но никто, кроме иностранцев, их не слушает, а иностранцы, которым они доверяют свои тайные мысли, нигде не задерживаются надолго. Они охотно говорят об этих вещах с иностранцами, для которых все это не имеет большого значения, но среди своих соотечественников они держат совсем другие речи.

Если американцы когда-либо прочтут эти строки, то я уверен, что сначала все они единодушно осудят меня, а затем многие из них в глубине души меня простят.

Я слышал, как американцы говорят о своей родине, и встречал истинно патриотические чувства у американского народа. Однако я не обнаружил их у тех, кто им управляет. Это легко понять, если прибегнуть к аналогии: деспотизм значительно сильнее развращает подчиненных, нежели повелителей. В абсолютных монархиях король нередко обладает великими добродетелями, но придворные всегда отличаются низостью.

Конечно, в Америке придворные не говорят: «сир» и «ваше величество» — вот какая колоссальная разница. Но они без конца говорят о природной просвещенности своего владыки. Они не состязаются в попытках определить самую исключительную добродетель своего повелителя, а просто уверяют, что он, независимо от своей воли и не прикладывая к этому никаких усилий, обладает всеми добродетелями. Они не отдают ему своих жен и дочерей для того, чтобы он соблаговолил возвести их в ранг своих любовниц, но они приносят ему в жертву свои убеждения и продаются сами.

Американским моралистам и философам нет нужды скрывать свои мысли под покровом аллегории, но всякий раз, когда они отваживаются высказать какую-либо неприятную истину, они сначала заявляют: «Мы знаем, что мы говорим с народом, духовные качества которого настолько выше человеческих слабостей, что он никогда не может потерять самообладание.

Мы бы не стали говорить подобные вещи, если бы не знали, что обращаемся к людям, которые благодаря своим добродетелям и просвещенности занимают исключительное место среди всех народов, достойных жить свободными».

Могли ли льстецы Людовика XIV придумать что-либо более изощренное?

По моему мнению, всегда и в любых формах правления низость и сила, лесть и власть будут находиться по соседству, и есть только один способ не допустить разложения людей: никто не должен обладать всей полнотой власти в обществе и тогда никто не будет достаточно силен для того, чтобы их унижать.

ВСЕСИЛИЕ БОЛЬШИНСТВА ТАИТ В СЕБЕ САМУЮ БОЛЬШУЮ ОПАСНОСТЬ ДЛЯ АМЕРИКАНСКИХ РЕСПУБЛИК

Демократическим республикам гибель грозит не от бессилия, а от злоупотребления силой. —

Правительства американских республик более централизованы и более региителъны в своих

действиях, чем правительства европейских монархических государств. — Какую опасность это

может представлять. — Мнения Мэдисона и Джефферсона по этому поводу.

Обычно причиной гибели какого-либо правительства бывает бессилие или тирания. В первом случае оно теряет власть, во втором — ее у него отнимают.

Поскольку демократические государства нередко кончают анархией, многие люди пришли к выводу, что их правительства слабы и беспомощны. Действительно, когда в демократических государствах вспыхивает борьба между партиями, влияние правительства на общество уменьшается. Однако нельзя сказать, что демократическая власть от природы лишена сил и возможностей, напротив, она почти всегда гибнет от злоупотребления силой и неудачного использования возможностей. Анархию почти всегда вызывает ее тирания или ее неискусность, а не ее бессилие.

Не следует путать устойчивость и силу, величие чего-либо и долговечность. В демократических республиках власть, управляющая5 обществом, непостоянна, так как она

5 Власть может выть представлена ассамблеей, тогда она сильна, но непостоянна; она может быть сосредоточена в руках одного человека, в этом случае она менее сильна, но более постоянна.

202

часто переходит из рук в руки, часто меняются ее цели. Однако повсюду, где она существует, она обладает почти непреодолимой силой.

Правительства американских республик представляются мне не менее централизованными и более решительными, чем правительства европейских абсолютных монархий. Поэтому я не думаю, что их может погубить слабость6.

Если когда-либо Америка потеряет свободу, то винить за это надо будет всевластие большинства. Это может произойти в том случае, если большинство доведет меньшинство до отчаяния и толкнет его к применению грубой силы. Тогда может наступить анархия, но наступит она как последствие деспотизма.

Такие же мысли высказывал президент Джеймс Мэдисон (см. «Федералист», № 51).

«В республиках, — говорил он, — очень важно не только защищать общество от угнетения правителей, но также предохранять одну часть общества от несправедливости другой его части. Справедливость — вот цель, к которой должно стремиться любое правительство, именно ее ставят перед собой люди, объединяясь. Народы всегда делали и будут делать все для достижения этой цели до тех пор, пока им это не удастся или пока они не лишатся свободы.

Об обществе, в котором одна часть, наиболее могущественная, могла бы легко объединиться и подавить наиболее слабую часть, можно сказать, что в нем процветает анархия. Его можно было бы сравнить с положением вещей в природе, когда слабый беззащитен против сильного. Однако превратности судьбы, сопутствующие природному положению вещей, склоняют сильных к подчинению правительству, которое одинаково заботится и о них, и о слабых. По тем же причинам сильная часть общества, имеющего анархическое правление, со временем будет стремиться к такому правительству, которое в одинаковой степени будет охранять интересы всех его частей. Если бы штат Род-Айленд вышел из состава федерации и имел народное правительство, которое бы осуществляло свою верховную власть на столь незначительной территории, то, несомненно, тирания большинства привела бы к полному бесправию. Дело закончилось бы тем, что люди потребовали бы установления власти, полностью независимой от народа К такой власти призывали бы даже те группировки, которые и породили бесправие».

Джефферсон говорил: «Исполнительная власть в нашем государственном устройстве — это не единственная и даже не главная моя забота. Сейчас и еще в течение многих лет самую большую опасность будет представлять тирания законодателей. Исполнительная власть тоже может стать тиранической, но это случится позже»7.

Говоря об этом, я всегда цитирую Джефферсона, а не кого-либо другого, так как считаю его самым крупным поборником демократии.

6 Наверное, не нужно предупреждать читателя о том, что здесь, как и в остальной части главы, я говорю не о федеральном правительстве, а о правительствах штатов, где большинство властвует безраздельно.

7 Письмо Джефферсона Мэдисону, 15 карта 1789 года.

203

<< | >>
Источник: Токвиль Алексис де. Демократия в Америке: Пер. с франц./ Предисл. Гарольда Дж. Ласки. — М.: Прогресс. —554 с. (Tocqueville Alexis de). 1992

Еще по теме КАК БЕЗРАЗДЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ БОЛЬШИНСТВА ОТРАЖАЕТСЯ НА АМЕРИКАНСКОМ НАЦИОНАЛЬНОМ ХАРАКТЕРЕ. О ПРИДВОРНОМ ДУХЕ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ:

  1. О ВСЕВЛАСТИИ БОЛЬШИНСТВА В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ И О ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯХ
  2. Глава VIII. ЧТО СДЕРЖИВАЕТ ТИРАНИЮ БОЛЬШИНСТВА В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  3. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ДЕЦЕНТРАЛИЗАЦИИ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  4. СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ И ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА ПОЛИТИЧЕСКОЕ УСТРОЙСТВО ОБЩЕСТВА
  5. СУД ПРИСЯЖНЫХ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ КАК ПОЛИТИЧЕСКОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
  6. О ТОМ, КАК ЗАКОНЫ ВЛИЯЮТ НА ПОДДЕРЖАНИЕ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  7. СТАБИЛИЗАЦИЯ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ АМЕРИКИ
  8. О ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЮСТИЦИИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  9. Идеализм В Соединенных Штатах
  10. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАСТРОЕНИЯ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  11. УВАЖЕНИЕ ЗАКОНА В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  12. О ПОЛИТИЧЕСКИХ ОБЪЕДИНЕНИЯХ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  13. ВОСПИТАНИЕ ДЕВОЧЕК В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  14. О СВОБОДЕ ПЕЧАТИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  15. О ПАРЛАМЕНТСКОМ КРАСНОРЕЧИИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  16. Часть первая ВЛИЯНИЕ ДЕМОКРАТИИ НА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНУЮ ЖИЗНЬ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  17. ОБ УСПЕХАХ КАТОЛИЦИЗМА В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  18. 1. Характер проявления божественного Духа в человеческом духе
  19. ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ АРИСТОКРАТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ
  20. Глава IX. ОБ ОСНОВНЫХ ПРИЧИНАХ, СПОСОБСТВУЮЩИХ СУЩЕСТВОВАНИЮ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ