14.5. Основные направления моделирования в психологии

В самом общем плане моделирование в психологии представлено двумя принципиальными направлениями [240; 310, с. 194]. Первое – моделирование психики: это путь искусственного конструирования психики и ее различных проявлений.
Второе – психологическое моделирование: это путь искусственного создания специальных условий для проявления психики естественных объектов (людей, животных, социальных групп). Оба пути дают возможность изучения структуры, функций и механизмов работы психики, ее проявлений в различных формах и в различных условиях. Схематично система основных направлений моделирования в психологии представлена ниже на рисунке 12.

14.5.1. Моделирование психики

14.5.1.1. Общие сведения о моделировании психики

Под моделированием психики понимается проектирование и конструирование искусственных аналогов различных психических явлений и лежащих в их основе нейрофизиологических и психологических механизмов.

Подобное моделирование на практике осуществляется двумя основными путями: через описание и через построение действующих моделей. Эти два пути предопределились, по-видимому, двои ственным пониманием психики в материалистически ориентированной науке: психика как специфический способ отражения реальности и психика как свойство нервной системы (мозга).

Первая трактовка психики стимулирует ее изучение, опирающееся на сугубо психологические факты, которые получают через интерпретацию внешнего поведения субъекта. Таким образом, это путь умозаключений, базирующихся на эмпирическом материале и носящих вероятностный характер. Можно сказать, что в определенном смысле это путь продвижения от следствия (поведение) к причине (психика). Второе понимание психики обусловливает ее изучение через обращение к ее материальному субстрату. Сконструировав этот субстрат и «запустив» его в работу, можно получить результаты (психические явления), аналогичные результатам функционирования мозга. Если аналогия будет высокой, то можно делать определенные заключения о психике. Но это, по большому счету, исследователей, движущихся по этому пути, особенно не заботит. Для них важен практический эффект – решена ли задача, опознан ли объект, произведен ли выбор. Иначе говоря, интерес представляет поведенческий эффект, обусловленный исходными параметрами модели. Таким образом, это путь, противоположный первому: от причины (мозг и психика) к следствию (поведение). Причем психика здесь рассматривается как промежуточный и не представляющий особого интереса элемент между ее субстратом и ее проявлением в виде поведения.

Первый путь – это путь «чистой» психологии при поддержке философии, приводящий к теоретическим знаниям о психике. Конечной целью здесь является построение теорий психического отражения и личности, на базе которых можно совершенствовать процессы образования и воспитания, повышать эффективность психологической помощи, способствовать духовному развитию и самореализации людей. Второй путь – это путь совместных усилий психологов и представителей различных наук, приводящий к практическому «освоению» психики. Здесь конечная цель – разработка автоматов, способных помочь человеку, а иногда и заменить его в разнообразной деятельности. На этом пути пока что наибольшей практической значимостью обладают, во-первых, работы в области робототехники и компьютерных игр (например, ЭВМ, играющих в шахматы, карты и проч.) и, во-вторых, разработки устройств, способных компенсировать различные дефекты в работе анализаторных систем человека. Например, создание протезов отдельных механизмов слуха и зрения. Подобные разработки «в принципе открывают перспективы лечения глубоких поражений путей сенсорных систем» [378, с. 87].

Описания могут даваться в словесном, графическом или математическом виде. Причем как в научной, так и в художественной и научно-фантастической формах. Вспомним хотя бы факты заимствования научным словарем термина «робот» из пьесы К. Чапека или термина «гиромат» из произведений С. Лема.

Действующие модели – это обычно какие-либо технические устройства, с той или иной степенью приближения выполняющие функции психики или ее физиологического субстрата – нервной системы и ее частей (головного мозга, его отдельных областей, нервной клетки). Чаще всего в роли таких устройств выступают электронно-вычислительные машины (ЭВМ) с соответствующим логико-математическим (программным) обеспечением. Поскольку ЭВМ в последние десятилетия чаще обозначают термином «компьютер» {англ. computer от лат. computare – 'считать', 'вычислять'), постольку это исследовательское направление называют «компьютерным моделированием».

Программы, обеспечивающие задуманное программистом функционирование машины, зачастую рассматриваются как самостоятельный вид модели. И тогда они играют роль связующего звена между описательными и действующими моделями, включая в себя элементы тех и других. В них в знаково-символической форме даются предписания (команды) машине действовать тем или иным образом (алгоритм) в зависимости от задачи и исходных и текущих условий.

Надо заметить, что бурная компьютеризация всех сфер жизни современного человека и впечатляющие успехи в деле компьютерного моделирования психики привели к неоправданному преувеличению его роли в психологической науке вплоть до нередкого отождествления с ним всего многообразия моделирования в психологии. Свидетельством тому служит заметный дисбаланс в пользу компьютерного моделирования и в ущерб другим видам моделирования как в суммарном объеме публикаций, так и в количестве обобщающих работ. Здесь, по-видимому, сказывается, с одной стороны, пренебрежительное отношение психологов к обобщениям и систематизации знаний в области психологического моделирования и некомпьютерного моделирования психики. С другой стороны, сказывается огромный интерес к компьютерному моделированию психики со стороны не столько психологов, сколько специалистов из других областей знания – математиков, физиков, биологов, физиологов, врачей, инженеров, философов. А их научная плодовитость затмила отдельные попытки психологов осмыслить метод моделирования в целом.

Итак, через описания реализуется преимущественно моделирование психологических механизмов. Моделирование физиологических механизмов осуществляется в основном через создание действующих моделей.

Здесь уместно напомнить, что понятие «механизм» в науке в целом не имеет устоявшегося однозначного определения, что накладывает отпечаток и на его понимание как в физиологии, так и в психологии. Как уже отмечалось, для психологии терминологическая неясность и неразбериха – норма. В. М. Аллахвердов, например, пишет: «В психологии вообще нет ясных и общепринятых определений практически всех важнейших терминов. Крайне загадочны определения психики, эмоций, памяти, интуиции, личности... Существующую психологическую терминологию не ругает только ленивый» [4, с. 22]. Поэтому наша задача не пнуть лишний раз психологию за ее безалаберность, а все-таки прояснить хоть немного значение терминов «физиологические и психологические механизмы».

Наиболее целенаправленно и подробно этой проблемы в отечественной науке касался Е. И. Бойко в работе «Механизмы умственной деятельности» [39]. Представляется, что на его мнение по этому вопросу можно ориентироваться. Е. И. Бойко сетовал на разведение в науке терминов «физиологические, или точнее нервные, механизмы» и «психологические (иногда называемые даже психическими) механизмы». Он ратовал за их единство. Дополнительную сумятицу, по его мнению, внесли и американские ученые, которые моделировали мышление с позиций информационного подхода [464] и «распространили термин «механизм» на информационный аспект мыслительной деятельности и на программы для электронных вычислительных машин, имитирующих мышление» [39, с.

10].

Проанализировав практику употребления термина «механизм» в психологической литературе вообще и в литературе по моделированию психики в частности, Е. И. Бойко приходит к заключению, что для определенности в понимании механизмов психики необходимо учитывать (и указывать) три момента. Во-первых, понятие «механизм» всегда требует дополнения: механизм чего-то. В психологии это понятие относится к психической деятельности или к психическим процессам, неразрывно связанным с их нервным субстратом. Во-вторых, процессы и их механизмы не должны считаться чем-то внешним по отношению друг к другу. Тогда механизмы психических процессов следует считать входящими в состав этих процессов и неотделимыми от нервного субстрата. В-третьих, изучение механизмов каких-либо явлений связано с объяснением этих явлений. Вскрыть механизм – это значит проникнуть в сущность явления.

Но, несмотря на эти разумные рекомендации, научная практика демонстрирует не только разделение, но даже и противопоставление психологических механизмов физиологическим. Главными инициаторами этого противопоставления все-таки (особенно в последнее время) выступают психологи, разочаровавшиеся в возможностях описания и интерпретации психических явлений на естественнонаучном языке. Особенно ярко игнорирование физиологических основ психики демонстрирует гуманистическая психология, ориентированная на психолого-нравственные результаты. В связи с таким положением, видимо, необходимо все-таки дать хоть какое-то более или менее внятное определение рассматриваемым понятиям.

Предлагается под физиологическими механизмами психики понимать основные принципы работы нервно-гуморальной системы организма, обеспечивающей эффективность взаимодействия индивида со средой и поддерживающей гомеостаз организма как условие этой эффективности. В ряду этих принципов, в первую очередь, следует упомянуть такие, как системная организация, «порядок из хаоса», нелинейность, обратная связь, образование условных рефлексов, принцип полупроводника, принцип накопления (сум-мации) и фиксированного порога, специальное ускорение или замедление процессов (с помощью гормонов и медиаторов).

Моделирование физиологических и, в первую очередь, нейрофизиологических механизмов – область интересов многих наук. Голос психологов здесь, к сожалению, отнюдь не доминирующий. Достаточно указать, что «ни психология вообще, ни психология мышления в частности, ни философия обычно не называются в числе тех теоретических дисциплин, на которых основываются исследования в области «искусственного интеллекта» за рубежом» [145, с. 7]. Но именно здесь наиболее успешно используется компьютерное моделирование. Материальность этих механизмов накладывает значительные ограничения на субъективизм в выборе моделей и способов их построения. Вещественная представлен-ность и зримые результаты работы этих моделей выступают мощными индикаторами их соответствия прототипу – нервному субстрату психики. Можно сказать, что при моделировании физиологических основ психической деятельности у исследователя есть более четкие ориентиры для конструирования модели и более строгие критерии их оценки, чем при моделировании собственно психических явлений. «Если вопрос о моделировании субъективных явлений в известном смысле проблематичен, то моделирование материальных основ или механизмов этих явлений, наоборот, представляется не только вполне возможным, но и весьма важным делом как для физиологов, так и для психологов» [40, с. 50].

Психологические механизмы предлагается понимать как способы осуществления психической деятельности человека на субъектном (психическое отражение: познание и регуляция), личностном (общение и деятельность), индивидуальном (самоактуализация и самореализация) и универсальном (духовность и мудрость) уровнях [243]. В отличие от физиологических механизмов психологические – это абстракции, предлагаемые психологами для более или менее убедительного объяснения наблюдаемых поведенческих актов и поступков людей. Примеры психологических механизмов: на субъектном уровне – ассоциации памяти, агглютинация как способ формирования образов воображения; на личностном уровне – вытеснение и сублимация как механизмы психологической защиты; на индивидуальном уровне – самоидентификация и самооценка; на универсальном уровне – трансцендирование.

Моделирование психологических механизмов – стихия психологов. Идеальность (нематериальность) психологических механизмов исключает их физическое воплощение и предоставляет неограниченные возможности своей презентации и интерпретации. Поэтому мы имеем массу вариантов механизма сенсорного отклика (теория обнаружения сигнала, высокопороговая теория, нейроквантовая теория и др.) и еще большее число показателей сенсорной чувствительности (от понятного, но не доказанного сенсорного порога до трудновоспринимаемой РХП – рабочей характеристики приемника). Поэтому мы имеем множество теорий эмоций (от организменной теории Джеймса–Ланге до информационной теории П. В. Симонова). Поэтому мы имеем бесконечное число моделей и теорий личности. В психологии вообще считается хорошим тоном множественность мнений по одному вопросу. В разряд ее девиза можно отнести тезис: «сколько ученых, столько и мнений». Однако, безусловно соглашаясь с относительностью научных знаний и их потенциальной заряжен-ностью своим опровержением, все же необходимо признать, что на определенных и достаточно длительных этапах развития научной мысли она нуждается в устойчивых, «благонадежных» данных, играющих роль каркаса актуальных знаний человечества, согласующихся с доминирующей на данный исторический момент научной картиной мира (парадигмой). Чрезмерная множественность мнений в психологической науке отражает, видимо, не столько сложность и вариативность мира в целом и изучаемого предмета в частности, сколько отставание научного синтеза от анализа, теоретического обобщения от эмпирического исследования, систематизации знаний от накопления конкретных фактов.

Идеальность психологических механизмов кроме свободы мысли и творчества исследователей обусловливает и практическую сложность (если вообще возможность) их эмпирической проверки. Сомнения в принципиальной возможности создания адекватных моделей собственно психологических явлений Е. И. Бойко высказывал еще более 30 лет назад: «Моделирование субъективного образа как такового ... строго говоря, очень проблематично, если не невозможно вообще» [40, с. 50]. Тогда возникает вопрос о необходимости таких моделей. Ответ однозначен: несмотря на их дискуссионность, а зачастую и обескураживающие натянутость и надуманность, эти модели в науке необходимы и полезны. Именно они составляют основной багаж психологии, без которого мы бы не имели вообще никакого научного представления о собственном внутреннем мире и не могли бы получать или оказывать квалифицированную психологическую помощь. Ведь исходным моментом успешности применения любой психотерапевтической методики является убежденность использующего ее специалиста в истинности ее концептуальных основ, т. е. заложенной в ней модели человека и модели воздействия на него.

Венцом моделирования психики (в обоих вариантах) следует признать разработки моделей сознания как интегратора всех психических функций человека и моделей личности как «высшего психического синтеза» [243, 247].

Полученные на этом пути модели (как описательные, так и действующие) и результаты их использования служат базой для выдвижения психологических гипотез и преобразования их в соответствующие теории, которые, в свою очередь, дают импульсы к новым исследованиям с применением моделирования, приводящим к более современным теориям, стимулирующим разработку более совершенных моделей... и так далее, и так далее по бесконечному пути познания.

<< | >>
Источник: Никандров В.В.. Экспериментальная психология. Учебное пособие. – СПб.: Издательство «Речь». – 480 с.. 2003

Еще по теме 14.5. Основные направления моделирования в психологии:

  1. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И ТЕНДЕНЦИИ В РАЗВИТИИ ЗАРУБЕЖНОЙ психологии 3 30—60-е ГГ. XX в.
  2. Глава 14. Моделирование в психологии
  3. 14.4. Специфика моделирования в психологии
  4. Основные понятия моделирования
  5. Основные принципы и этапы моделирования спроса и потребления
  6. Р. А. Абдурахманов. История психологии: идеи, концепции, направления : учебное пособие, 2008
  7. Ассоиианизм как первое направление психологии
  8. Глава 4. СТАНОВЛЕНИЕ ЭМПИРИЧЕСКОГО НАПРАВЛЕНИЯ ВО ФРАНЦУЗСКОЙ ПСИХОЛОГИИ XVIII В.
  9. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ УКРАИНИЗАЦИИ
  10. Основные направления